Биография Антона Чехова(ФОТО).

Антон Павлович Чехов

Молодой Чехов


 

«Нездоровье мое немножко напугало меня и в то же время (бывают же такие фокусы!) доставило мне немало хороших, почти счастливых минут. Я получил столько сочувствий искренних, дружеских, столько, что мог вообразить себя аркадским принцем, у которого много царедворцев. До болезни я не знал, что у меня столько друзей».

А. Чехов (во время болезни)

Более ста лет назад в тихом южнорусском городе Таганроге, при свете сальной свечи по вечерам делал уроки или читал книги гимназист Антон Чехов — Антоша Чехонте, как прозвал его один из учителей. После трудного дня учебы и беготни по поручениям отца, который держал лавку с бакалейными товарами, он мечтал о какой-то другой жизни — интересной, без грубых слов и подзатыльников.

И вот юноша решил стать образованным человеком — врачом. В 1879 году он поступил на медицинский факультет Московского университета. Уже студентом Чехов начал печатать в юмористических журналах маленькие рассказы и подписывал их — «Антоша Чехонте». Сначала он писал только юмористические произведения. Такие рассказы, как «Лошадиная фамилия», «Хирургия», «Репетитор» [главный герой: Удодов], «Налим», и сейчас заставляют нас смеяться. А ныне — переживать. Крестьянский мальчик, которого отдали в учение к сапожнику, пишет дедушке письмо с просьбой взять его обратно в деревню. «Пожалей ты меня, сироту несчастную, а то меня все колотят и кушать страсть хочется, а скука такая, что и сказать нельзя, все плачу». Это из рассказа «Ванька Жуков».

Позже Чехов стал писать кроме рассказов повести и серьезные пьесы. Кого только мы не встретим в них! Тут врачи, учителя, чиновники, студенты, военные, помещики, крестьяне, нищие, полицейские и арестанты. Все профессии, все возрасты — вся Россия! Чехов высмеивал все, что мешало жить честно и справедливо: наглость сильных и заискивание слабых, трусость, грубость и равнодушие («Смерть чиновника»). Отвратительны ему и держиморды, которые мнят себя опорой отечества («Унтер Пришибеев»), скандалисты, хулители, дебоширы, пьяницы («Маска» и «В бане»). Писатель резко высмеял тех кто, идеализировал мужика. В рассказе «Злоумышленник» у мужика своя логика, свои нужды, ничего другого он знать не хочет.

В общей сложности  началом литературной деятельности Чехова его окружает тетрально-художественная среда Москвы и Петербурга. Знакомые Чехова — музыканты, художники, актеры, режиссеры, критики и литераторы. Иногда Чехов выступал в качестве театрального рецензента. Многие рассказы, фельетоны, статьи и письма Чехова 1880-х г.г. посвящены театру и актерам. Писатель высоко ценил русскую реалистическую школу, он был хорошо знаком с великой трагической актрисой М.Н.Ермоловой, дружил с актерами В.Н.Давыдовым и П.М.Свободиным, В.Ф.Комиссаржевской и М.Г.Савиной. Среди московских театров он отдавал предпочтение Малому театру, среди петербургских — Александринскому. Почти во всех работах, посвященных театру, Чехов отмечал важность актерской культуры и профессионализма.

Но только внимание критики, читательские симпатии и, главное, поддержка со стороны ведущих литераторов (Д. В. Григоровича, А. Н. Плещеева, В. Г. Короленко) были расценены Чеховым как приглашение к профессиональной литературной деятельности, что потребовало от него пересмотра собственного отношения к литературным занятиям как способу заработка или веселой забаве. В повести «Степь», опубликованной в 1888 в журнале «Северный вестник», обозначились главные художественные открытия Чехова: отсутствие традиционного для русской литературы героя, выражающего авторскую мировоззренческую позицию; воссоздание окружающего мира, преломленного эмоциональным человеческим восприятием; передача душевного состояния персонажей через «случайные» реплики и жесты.

Не мало у Чехова рассказов и о любви. Писал он их мастерски, глубоко вникая в природу человеческих чувств, раскрывая и характеры: «Дама с собачкой», «Ведьма», «Скучная история». Необычные человеческие типы он показал в рассказах «Крыжовник»(главный герой: Николай Иванович Чимша-Гималайский ),»Ионыч»(главный герой: Дмитрий Ионыч Старцев ), «Человек в футляре»[главный герой: Беликов ), «Студент». В своих произведениях Чехов умел обходиться без «указующего перста». Он предоставляет возможность самому читателю делать выводы. Выразителен язык «самыми близкими к жизни словами», как подметил А. М. Горький. Если вы прочитаете рассказы «Унтер Пришибеев», «Человек в футляре» и другие, вы почувствуете, какой тяжкой была тогда жизнь в России. Но Чехов верил в то, что она изменится и все плохое уйдет в прошлое. Этой мечтой о прекрасном будущем России живут герои его пьес «Вишневый сад», «Три сестры», «Чайка», «Дядя Ваня». Ныне Чехова читают от мала до велика. Пьесы его не сходят со сцены театров многих стран, произведения экранизируются, а книги издаются почти на всех языках мира.

Чехов неслучайно начинает с легких жанров. Он не ищет своего читателя, он знает публику и к ней обращается в своих непритязательных юморесках. Неслучайны и его многочисленные псевдонимы: Человек без селезенки, Антоша… Это мягкий домашний юмор, не претендующий ни на что, кроме шутки, вызывающий улыбку — и только.

И темы его ранних рассказов просты и неприхотливы: он высмеивает чрезмерное чинопочитание, глупую напыщенность… Но вот тут-то и кроется нечто неожиданное: темы рассказиков Антоши Чехонте — осмысление знакомых нам центральных проблем русской литературы! Вспомним «Смерть чиновника».

Герой, случайно чихнувший на лысину начальника, извинялся-извинялся, да и помер со страху. А ведь это — чеховское преломление темы «маленького человека»! После острого сочувствия судьбе гоголевского Акакия Акакиевича, после ощущения бесконечной вины перед униженными и оскорбленными героями Достоевского Россия хохотала над глупой и пошлой смертью маленького чиновника. Ибо сострадали — «братьям меньшим», то есть адресовались — то не к ним.

Предметом интереса и художественного осмысления Чехова становится новый пласт жизни, неведомый русской литературе. Он открывает читателю жизнь обыденную, каждодневную, знакомую всем череду рутинных бытовых дел и соображений, проходящую мимо сознания большинства: она служит лишь фоном для действительно решающих, экстраординарных событий и свершений.

Таким образом, героем Чехова становится человек, действующий заведено, механически, не познавая жизнь и не осознавая себя в ней. И вся жизнь этого героя проходит в ожидании некоего решительного поворота, яркого события. Но, когда это событие действительно происходит, оказывается, что человек не может не только действовать — способствовать благоприятному повороту судьбы или противостоять ее удару; он не способен даже осмыслить происходящее: неразработанное, неумелое сознание «буксует»… И в результате жизнь катится дальше уже проложенным руслом к тому последнему итогу, который с полной ясностью докажет, что не состоялся еще один человек, не сформировалась еще одна личность, еще одна жизнь прошла впустую… И все его творчество воспринимается именно как диагноз: падение чувства личности.

Он писал частную жизнь — именно это стало художественным открытием. Под его пером литература стала зеркалом минуты, имеющей значение лишь в жизни и судьбе одного, конкретного человека. Чеховская Россия состоит из вопросов, из сотен разгаданных и неразгаданных судеб. И лишь из всего этого множества, из совокупности штрихов, начинают проглядывать очертания картины. Персонажи Чехова образуют пеструю толпу, это люди разных судеб и разных профессий, их занимают различные проблемы — от мелких бытовых забот до серьезных философских вопросов. Художественная манера Чехова не назидательна, ему претит пафос проповедника, учителя жизни. Он выступает как свидетель, как бытописатель. В «Вишневом саде» Чехов не только создал образы людей, чья жизнь пришлась на переломную эпоху, но запечатлел само Время в его движении. Ход истории есть главный нерв комедии, ее сюжет и содержание. Герой Чехова, как всегда, играет в собственной жизни второстепенную роль. Но в «Вишневом саде» герои оказываются жертвами нечастных обстоятельств и собственного безволия, а глобальных законов истории: деятельный и энергичный Лопахин такой же заложник времени, как пассивный Гаев. Пьеса построена на уникальной ситуации, которая стала излюбленной для всей новой драмы ХХ века, — это ситуация ПОРОГА. Еще ничего такого не происходит, но есть ощущение края, бездны, в которую должен низвергнуться человек. Система персонажей: герои и их роли каждый из героев исповедуется, но в итоге все эти исповеди оказываются обращены в зрительный зал, а не к партнерам по сцен В какой-то момент исповедующийся понимает, что самого главного объяснить не сможет. Так Аня никогда не поймет драмы матери, а сама Любовь Андреевна никогда не поймет ее увлечения Петиными идеями. Человек может в известной степени корректировать свою личность, свои отношения с окружающими. Но изменить свою роль он не может, как бы чужда она ему ни была. Несоответствие внутренней сущности героя той социально-исторической роли которую он вынужден играть, — вот драматическая суть в «Вишневом саде».

В комедии переплетаются несколько сюжетных линий. Раньше всех заканчивается линия несостоявшегося романа Лопахина и Вари. Она построена на излюбленном чеховском приеме: больше всего и охотнее всего говорят о том, чего нет, обсуждают подробности, спорят о мелочах — несуществующего, не замечая или сознательно замалчивая существующее и существенное. Давайте прежде всего всмотримся в образ Лопахина. Сам Чехов считал его роль «центральной» в комедии.

Вот это-то сочетание бескорыстной любви к прекрасному — и купеческой жилки, мужицкой простоты — и тонкой артистической души и стремится уловить и воплотить в образе Лопахина Чехов. Лопахин — единственный, кто предлагает реальный план спасения вишневого сада. И реален этот план, прежде всего, потому, что Лопахин понимает: в прежнем виде сад сохранить нельзя, время его ушло, и теперь сад можно сберечь, лишь переустроив, пересоздав в соответствии с требованиями новой эпохи. Варя ждет простого и логического хода жизни: раз Лопахин часто бывает в доме, где есть незамужние девушки, из которых «подходит» ему лишь она, Варя, — значит, должен жениться. И лишь занятость мешает ему заметить ее достоинства. У Вари даже мысли не возникает иначе взглянуть на ситуацию, подумать,  любит ли ее Лопахин, интересна ли она ему? Все Варины ожидания основаны на разговорах окружающих о том, что этот брак был бы удачен, на досужих пересудах! Гибнущий сад и несостоявшаяся, даже незамеченная любовь — две сквозные, внутренне связанные темы пьесы Спасение сада — в его коренном переустройстве, но новая жизнь означает, прежде всего, смерть былого, и палачом оказывается тот, кто яснее всех видит красоту гибнущего мира.

И вот еще — важнейшее: сейчас, близко к новому рубежу веков, в современной смуте конца эпохи, разрушения старом и судорожных попыток создать новое, «Вишневый сад» звучит для нас не так, как звучал еще десять лет назад. Оказалось, что не только рубеж ХIХ-ХХ веков — время действия чеховской комедии; она написана и о безвременье вообще, о том смутном предрассветном часе, который пришелся в на нашу жизнь, определил и наши судьбы.

Чехов и Толстой, фотография 1902

Многие произведения Чехова инсценировались для кино и телевидения, а также были поставлены в музыкальном театре. К Чехову обращались композиторы С.Рахманинов, А.Спендиаров, Р.Щедрин, В.Гаврилин и др.

Но это не спасло от  страшной болезни.

Она проявилась еще в 1884 году, когда 24-летний Антон Чехов оканчивал медицинский факультет университета. Он впервые почувствовал себя очень плохо в зале Окружного суда, где присутствовал в качестве репортера. Спустя месяц Чехов писал: «Оно (кровохарканье) было обильно. Кровь текла из правого легкого. После этого я раза два в году замечал у себя кровь, то обильно текущую, то есть густо красящую каждый плевок, то не обильно; каждую зиму, осень и весну и в каждый сырой день я кашляю. В крови, текущей изо рта, есть что-то зловещее, как в зареве. Когда же нет крови, я не волнуюсь и не угрожаю литературе «еще одной потерей». Дело в том, что чахотка или иное легочное кровохаркание узнается по совокупности… Если бы то кровохарканье, которое у меня случилось в Окружном суде, было симптомом начинающейся чахотки, то я давно уже был бы на том свете, вот моя логика».

Туберкулез продолжал делать свое ужасное дело. Уже спустя три месяца после лечения в клинике Остроумова Чехов снова заболел. Иван Щеглов вспоминал: «Я прямо ужаснулся перемене, которая произошла в Чехове… Лицо его было желтое, изможденное, он часто кашлял и зябко кутался в плед, несмотря на то, что вечер был на редкость теплый».

Развязка наступила в ночь с 1 на 2 июля 1904 года. По свидетельству жены Ольги Леонардовны, в начале ночи Чехов проснулся и «первый раз в жизни сам попросил послать за доктором. Я вспомнила, что в этом же отеле жили знакомые русские студенты — два брата, и вот одного я попросила сбегать за доктором, сама пошла колоть лед, чтобы положить на сердце умирающего… А он с грустной улыбкой сказал: «На пустое сердце льда не кладут»… Пришел доктор, Чехов велел дать шампанского. Антон Павлович сел и как-то значительно, громко сказал доктору по-немецки (он очень мало знал по-немецки): «Ich sterbe». Потом повторил для студента или для меня по-русски: «Я умираю». Потом взял бокал, повернул ко мне лицо, улыбнулся своей удивительной улыбкой, сказал: «Давно я не пил шампанского…», спокойно выпил все до дна, тихо лег на левый бок и вскоре умолкнул навсегда».

 

Одна из последних фотографий Чехова, 1904


Реклама
Запись опубликована в рубрике Великие писатели и поэты. с метками , , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s